Февраль

В конце февраля 1922 года советской властью был издан декрет об изъятии церковных ценностей в пользу умирающих от голода крестьян Поволжья. Для этого в Омске была создана Губернская комиссия по изъятию церковных ценностей. Ее возглавил некто Байков. Он начал с разъяснительной работы среди духовенства. Вызвал к себе пастырей и церковных старост омских соборов и церквей и стал убеждать их добровольно отдать церковные ценности, при этом не забыв поинтересоваться о том, как к этому акту отнесутся верующие омичи. Поскольку в церкви ничего без благословения не делается, то присутствующие заявили о необходимости архипастырского «Бог благословит». Вскоре в печати было опубликовано воззвание архиепископа Димитрия (Беликова) «К православным верующим Омской епархии». В нем, в частности, говорилось: «В усиленной борьбе с голодом бедственно охватившем Поволжье и вообще всю восточную часть Европейской России, проникшим и в западные окраины Сибири, правительство признало нужным прибечь к мере изъятия некоторых ценностей в церковном имуществе, для их реализации на предмет неотложной помощи изнемогающему многомиллионному населению. Правительственное решение по сему делу уже состоялось. Оно объявлено в значении и силе законодательного акта. Как и всякий закон, оно подлежит незамедлительному, беспрекословному исполнению. Обращаюсь к православно-верующему населению Омской епархии с своей архипастырской просьбой отнестись к делу исполнения настоящего мероприятия с должным и необходимым спокойствием…» Что только стоило омскому владыке подписать вышеприведенные строки, Господь один ведает!

С 27 апреля по 3 мая 1922  г. специальная Губкомиссия производила изъятие церковных ценностей из омских храмов. В ее состав входили представители различных ведомств, таких как Губпомгол, Губфинотдел, Губрабкрин и т. п. Изъятие церковной утвари из драгметаллов происходило в присутствии священнослужителей и членов церковно-приходских советов. Сдача в Губфинотдел производилась по актам, которые заставляли подписывать самих верующих. Оставлялись лишь только богослужебные предметы из меди, а также незначительная их часть из серебра. Выкуп, обмен и замену церковных ценностей на такое же количество равноценного металла Сибирская комиссия принципиально не разрешила. Опасались нареканий на «новый, невыполненный церковный налог». Редкие исключения делались лишь на некоторые легковыкупные предметы. И то это было возможно лишь в случае ходатайства Губкомиссии перед Сибкомиссией.

Изъятие проводилось в соответствии с инструкцией. Церковно-приходской совет каждой церкви представлял комиссии опись имущества храма, которая должна была быть составлена по дореволюционным инвентарным книгам. В случаях отсутствия таковых, а также в случаях отсутствия предметов, значащихся в инвентарных книгах, составлялся акт. Описи рассматривались комиссией с представителями церковного совета, намечались предметы, подлежащие изъятию. В соответствии с инструкцией подлежали обязательному изъятию независимо от количества приделов церкви и священнослужителей все ценные предметы, находящиеся в количестве выше двух экземпляров, как-то: чаша, дискос, лжица, копье, звездица, трикирии, двухкирии, напрестольный крест, напрестольное евангелие, блюда, тарелочки, облачения из кованого серебра, кадила. Дареносники, требные кресты, кадила оставались по числу священнослужителей, дарохранительницы – по числу приделов. Не подлежали изъятию один напрестольный крест и одно напрестольное Евангелие.

На изъятые предметы составлялся акт с подробным описанием: указывался размер, вес, металл, название и цвет камней (если таковые имелись), количество и качество предметов. Все возникающие разногласия между комиссией и представителями церкви по поводу конфискации каких-либо предметов фиксировались в протоколе. В случае отказа церковно-приходского совета и священнослужителей исполнять работы по изъятию ценностей виновные предавались суду ревтрибунала как противники распоряжения советской власти. Конфискованные  предметы вместе с копией акта поступали в губфинотдел. Подлинный акт и подлинная квитанция финотдела направлялись в губкомиссию. По одному экземпляру копий акта и квитанции оставались на руках верующих и в у- и волкомиссиях. Все документы скреплялись подписями членов комиссии, церковного совета и священнослужителей. 

В ходе кампании по изъятию церковных ценностей в масштабах страны было собрано 4.650.810 золотых рублей, однако из этой суммы лишь 1 миллион был направлен на помощь голодающим.  Таким образом, целью данной кампании было не столько оказание помощи голодающим, сколько борьба с Церковью как таковой, что подтверждает вся последующая политика партии и советского правительства.

по материалам  А.М. Лосунова, из информационно-методического пособия  "О СВЯТЫХ И СВЯТЫНЯХ ЗЕМЛИ ОМСКОЙ на уроках и во внеурочной деятельности" и статьи "О РАБОТЕ ОМСКОЙ ГУБЕРНСКОЙ КОМИССИИ ПО ИЗЪЯТИЮ ЦЕРКОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ" Т.В. Каиндиной, работника казенного учреждения Омской области «Исторический архив Омской области»

на главную страницу